НЕофициальный форум Московского железнодорожного агентства
да я не против того, что в Воронеже очереди на почте, пускай стоят хоть по 3 часа за своей пенсией. Вопрос в том, что зачем мне из Воронежа рассказывать как у меня дела на питерской почте?Колхозник » 06-09-2026, 22:10:Серега отличный чел, но своей страны он вообще не знает совсем
Потерпите несколько дней, предоставлю вам фотоотчет почтового отделения 
обратите внимание на табло электронной очереди
Табло в Воронеже поработали вместе с талончиками немного и фсе. Нет, телевизЕр показывает там чего то типа заставки, но...seregathebest: обратите внимание на табло электронной очереди
https://yle.fi/a/74-20244056Доступ к историческим материалам из России внезапно ограничили до конца 9999 года – исследователи обвиняют Национальный архив в самоцензуре
По закону Национальный архив обязан содействовать научным исследованиям. Однако сейчас доступ к материалам из России, приобретенным за миллион евро, ограничен строже, чем это было прописано в соглашениях.
Национальный архив ограничил доступ к историческим материалам, поступившим из России. В частности, рисунки начала XX века с видами крепости Свеаборг можно смотреть только в контролируемых условиях.
Сообщается, что ограничение действует с осени 2022 года до конца 9999 года. Оно основано на соглашениях, заключенных с Россией.
Yle поговорило с десятью исследователями из Хельсинки, Турку и Тампере. Многие не хотят публично комментировать ситуацию, поскольку опасаются, что заниматься исследованиями станет еще труднее.
Из интервью следует, что в академической среде растет серьезная тревога за будущее исторической науки в Финляндии. Ограничения доступа к материалам из России являются частью более широких перемен.
Доцент кафедры истории Университета Турку Пиа Койвунен говорит, что практика Национального архива заметно осложняет ее работу:
– В архивы в России я попасть не могу, а теперь доступ к материалам ограничивают и здесь. При этом Национальный архив не всегда открыто говорит о своих планах. Когда я в последний раз попыталась найти материалы из России по названию российского архива, поиск просто завис.
Национальный архив играет ключевую роль в исторической науке Финляндии. Он хранит и предоставляет доступ к первоисточникам, на которых основаны исследования и преподавание в стране. К основным задачам ведомства, закрепленным законом, относятся сохранение документального культурного наследия и содействие его использованию в научной работе.
Миллион страниц важных для Финляндии документов
В российских архивах хранится огромное количество материалов о Финляндии. Их копии начали систематически доставлять в страну в 2005 году, когда Национальный архив наладил сотрудничество с российскими архивами. Цель заключалась в том, чтобы предоставить финским исследователям доступ к важным документам.
За 15 лет в Финляндию поступил миллион страниц документов за 1500–1990 годы.
– Только о крепости Свеаборг мы получили около десяти тысяч страниц новых материалов для исследований. Ранее в архивах Финляндии почти не было сведений о периоде российской власти в истории крепости, – рассказывает бывший глава Нацархива Юсси Нуортева.
По его словам, сотрудничество с Россией успешно продолжалось до весны 2022 года, когда его заморозили.
– Пока я был генеральным директором Национального архива, то есть до лета 2022 года, давления со стороны России не было, – говорит Нуортева.
Он задается вопросом, на каких законах основаны ограничения.
– Национальный архив не может самостоятельно принимать решения, которые нарушают свободу доступа к информации и свободу научных исследований. Архивы должны быть максимально открыты для всех. Это основа демократии.
Нуортева возглавлял Национальный архив почти 20 лет.
Фролов: почему Национальный архив сейчас делает то, чего раньше требовала Россия?
За закупку материалов для Финляндии и переговоры с российскими архивами отвечал профессор истории Дмитрий Фролов.
– На поиск и копирование материалов было потрачено более миллиона евро из госбюджета, – говорит он.
Фролов работал в Национальном архиве начальником по развитию и связям с Россией и странами бывшего СССР, пока в конце 2022 года не был уволен в ходе переговоров о сокращении персонала.
В течение многих лет он добивался того, чтобы материалы были свободно доступны в интернете. По словам профессора, Федеральное архивное агентство выступало против этого, но в итоге соответствующий пункт включили в последние соглашения.
– В России с документов уже сняты грифы секретности и ограничения, связанные с персональными данными. Тем не менее Национальный архив ограничивает доступ к ним. Почему он сейчас делает то, чего раньше требовала Россия?
Фролов подозревает, что в Национальном архиве прибегли к самоцензуре.
В проекте, связанном с российскими материалами, участвовала директор по исследованиям Национального архива Пяйви Хаппонен. Ее подпись стоит в договорных документах. Сейчас Хаппонен возглавляет Национальный архив.
– О самоцензуре можно было бы говорить, если бы Национальный архив по собственной инициативе ограничивал доступ к приобретенным материалам, например из-за опасений реакции России. Но это не тот случай, – заверяет она.
По словам директора, после февраля 2022 года никаких контактов с Россией не было, а ограничения основаны на ранее заключенных соглашениях.
– Согласно соглашениям, материалы можно использовать либо в читальных залах Национального архива, либо через защищенное удаленное соединение. Поскольку такой среды доступа пока нет, использование ограничено читальными залами.
Она добавляет, что Национальный архив сейчас создает защищенную среду доступа, которая в ближайшем будущем должна позволить удаленную работу с материалами.
Yle получило договора из Национального архива по запросу о предоставлении информации. Из них следует, что российские материалы должны быть свободно доступны и через удаленное соединение.
– Именно возможность неограниченного онлайн-доступа, предусмотренная соглашением, была для нас большой победой на переговорах, – рассказывает бывший генеральный директор Юсси Нуортева.
Хаппонен: принцип предосторожности, возможно, применяли слишком широко
По словам собеседников Yle, проблемы касаются не только материалов из России. Научный сотрудник Университета Турку Лииса Вуонокари-Бомстрём рассказала о собственном опыте. Она не получила из Национального архива заказанную цифровую служебную переписку за 1930–1960 годы, поскольку из-за наличия имен этот массив сочли реестром персональных данных.
По словам исследовательницы, отсылка на защиту персональных данных выглядит неубедительно, а часть ограничений, похоже, основана на логике ”на всякий случай”.
Бывший гендиректор Юсси Нуортева говорит, что обсуждал этот вопрос с исследователями. По его словам, среди спорных решений явно есть ограничения на доступ к материалам, которые раньше были свободно доступны.
– Я советовал просить у Национального архива решение, которое можно обжаловать. Если неясно, открыт материал или нет, это решает не Национальный архив. Вопрос можно передать в административный суд.
Гендиректор Пяйви Хаппонен признает, что принцип предосторожности временами, возможно, применяли слишком широко.
– Вопросы, которые могут всплыть в связи с этим материалом, мы изучим и оценим, как разумнее действовать в дальнейшем.
Из сети исчезла база данных
Одним из примеров удаленных материалов стала база данных о тысячах советских гражданских заключенных, которых финны содержали в пересыльных лагерях в Восточной Карелии в 1941–1944 годах, говорит Нуортева. По его словам, эта база, составленная десятилетия назад, была важна для исследователей и специалистов по генеалогии.
Еще в начале 2023 года она была доступна в интернете, но затем исчезла.
– Удаление базы данных, основанной на материалах финских властей, было совершенно непостижимым. Национальный архив ответил мне лишь, что сами материалы сохранены, – говорит Нуортева.
На практике, поясняет он, пользоваться этими материалами можно будет только после повторного создания базы данных. Иначе на их основе невозможно делать выводы.
В последние годы Россия обвиняет Финляндию в геноциде в Восточной Карелии. Сначала под руководством президента Владимира Путина была опубликована книжная серия ”Без срока давности”, в которой выдвигались и эти обвинения.
Больше: СК России обвиняет финнов в пытках и геноциде жителей Карелии во время Второй мировой войны - финский эксперт опровергает обвинения
Летом 2024 года Верховный суд Республики Карелия постановил, что Финляндия виновна в геноциде.
По словам генерального директора Пяйви Хаппонен, и в этом случае причиной стал риск для информационной безопасности. Базу данных пришлось закрыть, поскольку она не отвечала требованиям безопасности.
Оцифровка в Национальном архиве дорого обходится исследователям
Сейчас в Национальном архиве происходят и другие серьезные перемены.
Идущий капитальный ремонт главного здания в Хельсинки ограничивает доступность материалов на ближайшие пару лет. Несколько исследователей столкнулись с ситуацией, когда нужные им материалы не могли предоставить из-за ремонта.
Ведомство также все активнее переходит в цифровую эпоху. Согласно новой стратегии, к 2030 году услуги должны стать цифровыми.
– Уже сейчас 98 процентов использования услуг приходится на цифровой формат. Аналоговые материалы используются мало, и для работы с ними ищут новые решения, – объясняет генеральный директор Пяйви Хаппонен.
Большая часть документов, доставленных из России, представляет собой цифровые копии, однако из остальных материалов оцифровано лишь около 10 процентов.
Несколько исследователей, опрошенных Yle, называют курс Национального архива ”манией цифровизации, цифровой иллюзией и пренебрежением к бумажным документам”.
– Обществу продают образ ”движения вперед”, хотя реальный опыт пользователей таков, что они не могут выполнять свою работу, – говорит исследовательница Лииса Вуонокари-Бомстрём.
На практике Национальный архив бесплатно оцифровывает для исследователя одну архивную единицу за две недели. Более быстрая услуга стоит почти 60 евро за единицу. Архивная единица – это один том или одна архивная папка. По словам профессора-эмерита истории Финляндии Кирси Вайнио-Корхонен, в год расходы на это в среднем составили бы несколько тысяч евро.
По ее словам, система Национального архива существенно замедляет исследования.
– Недавно я искала одно судебное дело в городском архиве Турку и за час просмотрела десять архивных единиц. В Национальном архиве та же работа через цифровую доставку заняла бы пять месяцев.
Вступившее в силу в этом году новое архивное законодательство, в свою очередь, дало Национальному архиву больше свободы в сокращении числа своих подразделений. В Ювяскюля архив закроется в конце года, в Хямеенлинна – к следующему лету. Закрытие угрожает также отделениям в Оулу и Йоэнсуу. В Турку Национальный архив обслуживает посетителей раз в месяц, кроме того, для исследователей предусмотрено пять дней самообслуживания.
Гендиректор Пяйви Хаппонен объясняет эти изменения сокращением числа посещений и урезанием финансирования. По ее словам, исследователи – важная группа клиентов, но ”если смотреть на общую картину, это лишь небольшая группа”.
Юсси Нуортева: у гендиректора большие полномочия
Историки рассказывают, что уже пару лет пытаются повлиять на работу Национального архива.
– Мы обсуждали ситуацию с Национальным архивом, приводили аргументы. Историческое общество Финляндии обращалось в министерство. Это не дало никакого эффекта, – говорит Кирси Вайнио-Корхонен.
По словам Вайнио-Корхонен, которая этой осенью выходит на пенсию, изменения начались при нынешнем генеральном директоре Пяйви Хаппонен, и теперь Национальный архив принимает решения, не выслушивая заинтересованные стороны.
По словам Пяйви Хаппонен, обсуждение с исследователями можно будет вести только после того, как утихнет наиболее сильная эмоциональная реакция на закрытие подразделений.
Теоретически за законностью работы Национального архива следит Министерство образования и культуры. На практике, как говорит Юсси Нуортева, такого надзора не было, и мнение судебных органов относительно линии архива не запрашивалось.
– Полномочия гендиректора Национального архива в вопросах доступа к материалам очень велики, поэтому за этим важно следить.
Правительство Финляндии продлевает сроки секретности
Одновременно с тем, как доступ к российским материалам Национального архива остается затрудненным, правительство готовит законопроект о продлении срока секретности документов МИД и канцелярии президента с 25 до 40 лет. Меры объясняют интересами безопасности Финляндии.
Исследователь политической истории Алекси Майнио считает эту инициативу тревожной.
– Здесь за версту чувствуется, что политическая и чиновничья элита боится обсуждать историю начала 2000-х годов, отношения с Россией и связанные с этим события, – говорит Майнио.
Историческое общество Финляндии и Союз журналистов представили критические заключения по законопроекту.
Сейчас этот форум просматривают: Yandex [Bot] и гости: 73
